Обсуждали в чате, больно ли в стоматологии, и надо ли сдаваться врачу.
Обсуждали в чате, больно ли в стоматологии, и надо ли сдаваться врачу.
Надо. Не больно. Но это если у вас нормальная клиника.
Но! Всплыл человек, который говорил, что ему больно и с ультракаина. И на приём он приходил не вштыренный, не в стельку и вроде даже в других местах обезболивало.
Поэтому открываем научную работу про местную анестезию — её нашёл @IEOTG.
Задача анестетика проста: на полчаса перерезать кабель, по которому сигнал о боли идет в мозг. На биологическом уровне препарат блокирует натриевые каналы в нервных клетках. Нет натрия — нет электрического импульса — нет боли. Чем лучше препарат растворяется в жирах, тем он мощнее, потому что ему проще просочиться сквозь оболочку нерва. Кислотность — таймер анестезии. Чем ниже, тем больше активных молекул препарата сразу готовы к работе.
Но первые поколения анестетиков сталкивались с кучей проблем.
Первая — инфекция. Если у пациента сильное воспаление, среда вокруг зуба становится кислой (pH падает до 5,2 вместо нормальных 7,4). В такой среде анестетик просто застревает в нерабочей форме и не может пройти в нерв.
Вторая — кровь очень быстро очищает место укола, и анестетик разносит по системе. Поэтому туда добавляют адреналин. Адреналин сужает сосуды, запирает анестетик в нужном месте. Это увеличивает время работы и уменьшает кровотечение. Это накладывает второе ограничение — чтобы не было проблем с сердцем, не надо колоть больше предела, а то пациент обезболится, но адреналин по кровотоку донесёт до сердца, и он там что-то разволнуется и напряжётся.
Настоящая аллергия на современные анестетики амидного типа встречается исчезающе редко — меньше, чем в 1% случаев (это из тех, что приняли за аллергию, в смысле). Чаще всего то, что принимают за аллергию (обморок, паника, потливость), — это либо страх перед иглой, врачом, счётом или клещами рядом, либо реакция на консерванты (сульфиты), либо случайный впрыск адреналина в сосуд.
Если лекарство в большом количестве попало прямо в вену, то оно едет в голову. Сначала отключается мозг (металлический привкус, шум в ушах, начинаются судороги), а потом может остановиться сердце. Поэтому сейчас всегда делается обратная проба — вам втыкают шприц, всасывают немного, если нет крови — значит, не вена.
Бывает парестезия — когда заморозка не проходит неделями или месяцами из-за повреждения нерва иглой или самим препаратом. Чаще всего этим грешат сильные препараты типа артикаина (4%). Это когда вам попали не рядом с нервом, а прямо в нерв, и там наворотили дел.
Бывает временное косоглазие — это когда попали в нерв, который идёт к глазу. Это вам новая фобия, вот!
Они там описывают то, что попадает в киберпанк, если у вас не low life:
- Пальцы терапевта идут лесом, давление иглы, скорость введения, поток жидкости — контролирует робот. Врач только подносит его к десне пациента. Такое уже лет 10 есть, в Москве пользуются в люкс-сегменте. Он же делает обратную пробу сам.
- Можно обезболить передние зубы верхней челюсти, просто пшикнув в нос. Никаких игл. На практике вроде пока не применяется, проще сначала сделать аппликационную анестезию.
- Оживитель (фентоламина мезилат) — препарат, который вводят после лечения. Он расширяет сосуды, и онемение проходит в два раза быстрее. Это спасение для детей, которые часто до крови кусают свои онемевшие губы после врача. (В известной нам практике оказалось, что проще давать детям мороженое, эффект почти такой же, только они стоматолога запоминают в гораздо более положительном ключе).
- Лекарство можно прятать в жировые капсулы, которые лопаются постепенно. Это позволяет держать обезболивание до 72 часов после сложных операций. По факту в основных средствах пошли по изменению формул так, чтобы они лучше проходили области инфекций, были более стойкими и т.п.
Так что нет, у стоматологов уже не больно, если у вас есть деньги. И у урологов, кстати, тоже, даже на КУДИ. Но только если у вас есть деньги. И на колоноскопии — там можно под седацией, но принцип вы уже поняли )
— Вступайте в ряды Фурье! | Самые безболезненные посты У всех людей голова, а у вокалистов верхний резонатор.